Церковь и гражданское общество (транскрипт)

НЕОБХОДИМОСТЬ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
Вначале был Адам. Творец подарил ему жизнь, предоставил свободу, дал собственность в распоряжение и вложил в сердце стремление к счастью. Все то, что сегодня называется неотчуждаемыми, неотъемлемыми правами каждого человека, родившегося на земле. Потом появилась Ева. А затем Каин и Авель. После грехопадения прародителей выяснилось, что хотя права на жизнь и свободу являются неотъемлемыми, на земле слишком много желающих убить, отнять, поработить. Томас Гоббс называл это состояние общества войной “всех против всех” (“При отсутствии гражданского состояния всегда имеется война всех против всех”. Левиафан, XIII). Чтобы удержать зло под контролем, Бог учредил на земле институт власти (Рим.13:1-2), при котором кто-то является лидером, а другие за ним следуют. Люди стали договариваться друг с другом о границах, об ответственности, о делегировании полномочий, выбрали своих руководителей, выработали формы и методы контроля за их деятельностью, написали законы. Иными словами, они стали гражданским или политическим обществом.

Впервые этот термин появился у греков (Аристотель, κοινωνία πολιτική) и римлян (Цицерон, societas civilis), несколько подзабыт в средние века; затем протестантская Реформация дала ему второе рождение и наделила современными смыслами. С XVIII века европейские и американские мыслители регулярно стали использовать термин гражданское общество: Гоббс, Локк, Кант, Руссо, Джефферсон, Гегель, Алексис де Токвил, Маркс… Сегодня этим термином чаще всего обозначают разнообразные негосударственные общественные объединения (партии, движения, организации, церкви), которые находятся между личностью и государством, и представляют интересы граждан таким образом, чтобы они были учтены и защищены.

СОЗДАНИЕ США КАК УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
Наглядным историческим примером деятельности гражданского общества является создание Соединенных Штатов Америки. В отличие от других национальных государств, США задумывались как социальный эксперимент, в котором национальность и происхождение не будут иметь большого веса, а решающую роль будет играть гражданская позиция личности. Поэтому американский опыт является универсальным гражданским опытом, полезным для любого народа.
Декларация независимости, написанная в основном Джефферсоном под сильным влиянием работ Локка, с самого начала объявила создание нового государства выражением воли гражданского общества:
«Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав людьми учреждаются правительства, черпающие свои законные полномочия из согласия управляемых.
В случае, если какая-либо форма правительства становится губительной для самих этих целей, народ имеет право изменить или упразднить ее и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и формах организации власти, которые, как ему представляется, наилучшим образом обеспечат людям безопасность и счастье».

Иными словами, для защиты своих неотчуждаемых прав, граждане учреждают государство с его правительством и структурой. Это первая задача гражданского общества. При желании, граждане сменяют правительство и изменяют структуру, используя для этого все способы, вплоть до вооруженного восстания, если бы случилось так, что избранное ими правительство превратилось в тиранию.

Американцы были очень озабочены тем, чтобы правительство было минимально необходимым, ограниченным в размерах и в полномочиях. Их точку зрения хорошо выразил англо-американский юрист Томас Пэйн (Common Sense, 2), который считал, что правительство является хоть и необходимым, но все же злом. Если бы люди были безгрешны, то можно было бы обойтись без государства, без его бюрократической структуры, без армии, без полиции, без налогов, без сводов законов. Но из-за испорченности человеческой натуры, закон и правительство необходимы для сдерживания разрушительных инстинктов. Русский философ Владимир Соловьев писал: “Задача права вовсе не в том, чтобы лежащий во зле мир обратился в Царство Божие, а только в том, чтобы он – до времени не превратился в ад” (Оправдание добра, XVII. 7). В этом они следовали библейскому пониманию предназначения власти: “Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое” (Рим.13:4).

Но из-за этой же испорченности людей, правительства могут стать большим злом, чем анархия, как это наглядно подтвердила история XX века. Никакое безвластие не смогло бы уничтожить столько людей, как хорошо организованные карательные органы в Германии, СССР или Китае. Поэтому вторая задача гражданского общества заключается в том, чтобы контролировать свое правительство, чтобы те самые власти, которые поставлены “для наказания преступников и для поощрения делающих добро” (1Петр.2:14), сами не оказались преступниками. Американцы предусмотрительно создали свое правительство в виде трех равновеликих, независимых друг от друга ветвей власти (законодательной, исполнительной и судебной) с тем, чтобы они постоянно следили друг за другом и не допускали злоупотреблений властью, сосредоточения ее в одних руках.

Но даже и с этой системой сдержек и противовесов, граждане понимали, что злоупотребления возможны, и даже самые лучшие законы не будут соблюдаться, если только большинство избирателей не будут иметь высокую степень моральной ответственности друг перед другом и перед Богом. Джон Адамс говорил: “Наша конституция написана только для нравственных и верующих людей. Она совершенно не подходит ни для кого другого”. (Charles Francis Adams. The Works of John Adams, Second President of the United States, 10 vols. (1850–56), 9:229.). Это третья основная забота гражданского общества — оно старается поддерживать в своей среде высокий уровень нравственности.

ЦЕРКОВЬ КАК ПОВИВАЛЬНАЯ БАБКА ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
Протестантизм с его принципом всеобщего священства вовлек в общественную жизнь миллионы людей. Они стали участвовать в богослужениях, во многих случаях выбирать руководителей общин, контролировать их деятельность, следить за делами общины, финансами ее. От них зависело общее направление движения церкви, ее миссия, они решали кто и в каком виде получает поддержку от общины. Их решения имели явные последствия, хорошие или плохие, так что члены церкви учились на опыте мудрости в руководстве поместной церковью. В сущности — протестантская поместная церковь была миниатюрой правового государства, с выборами ответственных представителей, с гражданским контролем над руководителями, их подотчетностью народу. Такие церкви стали школой гражданственности для многих христиан Запада.

Исторически, церковь стала повивальной бабкой гражданского общества, благодаря тому, что именно христианское мировоззрение, которому учила церковь, является идейным и практическим основанием гражданского общества.

1. Христианское представление о человеке как образе Божьем. Например, уберите из политической теории библейский постулат о сотворении людей равными, наделенными их Творцом неотъемлемыми правами, и вместо свободного демократического общества вы получите «Скотный двор» Оруэлла, в котором вроде как все равны, но одни “равны более, чем другие” (Дж.Оруэлл. Скотный двор, X). Примите материалистическую догму о происхождении человека в результате борьбы за существование, и вы получите обоснование для строительства нацистского государства, в котором «высшая раса» будет управлять низшими подвидами homo sapiens.
2. Догмат о грехопадении всех людей, равной испорченности всех перед Богом, нужда всех в спасении, начиная от самого бедного батрака, заканчивая царем (“все согрешили и лишены славы Божией» (Рим.3:23)). Эта библейская доктрина предотвращает обожествление правителей, и даже более того — требует постоянного контроля со стороны гражданского общества. Король, царь, президент — все грешны, все поддаются искушениям, а чем больше власть, тем искушения больше и контроль тем необходимее.
3. Учение о независимости церкви и государства (“кесарево кесарю, а Божие Богу” Лк.20:25), заложившее основу важнейшей из свобод, без которой абсолютно немыслимо гражданское общество — свободы совести. Лояльность Богу важнее лояльности государству и народу. Когда возникает конфликт между требованиями государства и заповедями Божьими, люди должны выбирать верность вечным истинам. (“Петр и Иоанн сказали им в ответ: судите, справедливо ли пред Богом слушать вас более, нежели Бога?” Деян.4:19).
4. Наибольшая заповедь: возлюби Бога и ближнего, как самого себя. Существующая в развитом гражданском обществе сеть благотворительных организаций и служений базируется именно на этой заповеди. Солидарность граждан, взаимная поддержка, особенно перед угрозами со стороны государства или преступных группировок — тоже результат любви к ближнему.
5. Любовь к Богу освобождает граждан от страха. Страха насилия, перед неизвестным будущем, страха смерти. В сущности, наиболее эффективная сила уничтожающая гражданское общество — это страх, в особенности страх смерти. Апостолы учат, что за этой силой стоит сам дьявол, который именно с помощью страха смерти удерживает людей в рабстве (Евр.2:14-15). Здесь надо учитывать, что многие люди боятся не просто физической боли и смерти как страдания тела. Неверующий, для которого жизнь на земле — это все, что у него есть, скорее склонен подчиниться злу в надежде на продолжение жизни, чем тот христианин, который наследует вечность и для которого смерть — приобретение. “Для меня жизнь — Христос, и смерть — приобретение” (Филип.1:21).
Ни одно общество на земле не стало свободным без жертв. Только тот народ наслаждается благами свободы, среди которого многие готовы были отдать свою жизнь за свободу. “Неужели жизнь так дорога, а покой так сладок, чтобы покупать их ценой рабства и цепей? Боже упаси! Я не знаю, какой путь изберут другие, что же касается меня, то дайте мне свободу или дайте мне смерть!” (Патрик Генри, делегат Законодательного собрания Вирджинии, 1775). Граждане, освободившиеся от страха становятся смелыми ходатаями, защитниками угнетенных, наиболее бесправных. “Спасай взятых на смерть, и неужели откажешься от обреченных на убиение? Скажешь ли: «вот, мы не знали этого»? А Испытующий сердца разве не знает? Наблюдающий над душею твоею знает это, и воздаст человеку по делам его”. (Пр.24:11-12).

ОСОБАЯ ЗАДАЧА ЦЕРКВИ В ПОСТСОВЕТСКИХ УСЛОВИЯХ
В СССР гражданское общество было практически уничтожено. Индивидуальная свобода и инициатива были сведены к минимуму. Философское основание личных свобод как неотъемлемых прав, полученных от Творца, заменено классовой коммунистической идеологией, наделявшей свободой только тех, кто был полезен государству. Солидарность граждан на низовом уровне стала невозможной из-за всеобщего доносительства и недоверия друг другу. Наконец, утратив веру во Христа и надежду на вечную жизнь, люди потеряли остатки мужества, чтобы противостоять тоталитарного государства. Что интересно, что даже после развала коммунистической системы, гражданское общество не смогло возродиться и за 20 лет. В России, например, авторитаризм легко взял реванш. Большинство россиян, даже новое их постсоветское поколение, не верит в реальность политических свобод, независимость индивидуума, обоготворяет государство, пассивно следует за начальством.

На этом фоне украинское общество стало заметно выделяться в другую сторону. Значительная часть украинцев сегодня сопротивляется авторитаризму, отстаивает личную свободу, и иные даже ценой жизни. Чем объяснить эту разницу?

Духовное пробуждение

В постсоветское время Украина стала ареной духовного пробуждения с наивысшем уровнем религиозной свободы в Европе, в то время, как в России начальный импульс пробуждения, заданный иностранными миссионерами (преимущественно из США, Скандинавии и Украины), быстро угас, сопровождаясь ужесточением антимиссионерских законов. В этом украинцы повторяют опыт Америки. Там само создание демократического государства стало возможным только после Великого пробуждения второй половины XVIII века. Похожее повторилось с отменой рабства. Второе великое пробуждение середины XIX века так настроило умы и сердца большинства американцев, что они уже не могли мириться с существованием рабовладения на их земле. Солдаты армии северян пели в популярном гимне: “Как Христос умер, чтобы сделать людей святыми, так мы умрем, чтобы сделать их свободными” (The Battle Hymn of the Republic, 1861: “As He died to make men holy, let us die to make men free”.) Герои Небесной сотни, погибшие на Майдане весной 2014 года имели то же самое отношение в своем сердце.

Общественно-политическая позиция церкви

Второй признак, демонстрирующий значительное различие между двумя странами — это общественно-политическая позиция церквей. В России, в общественных движениях за очищение страны от коррупции, от лживой пропаганды, от подтасовок на выборах, от сословного насилия церкви не участвуют принципиально. Православные придерживаются традиционной для России византийской модели, символично представленным в виде двуглавого орла. Государь и церковь действуют в согласии (симфонии) друг с другом: церковь освящает именем Бога деятельность государства, а государство защищает всей силой своего аппарата насилия монополию православной церкви. В этом случае, являясь придатком правительства, церковь не только не способствует становлению гражданского общества, но напротив, содействует его порабощению. Российские протестанты последовали примеру РПЦ и свою гражданскую активность также свели к безусловной поддержке властей. Это поведение церкви очень опасно. Когда доведенный до крайности народ взорвется бунтом, бессмысленным и беспощадным, этот бунт будет направлен не только против правительства, но и против церкви, слившейся с ним.

Позиция украинской церкви выглядит гораздо разумнее и ближе к духу и букве Св. Писания. В Украине и на первом и на втором Майданах христиане были очень заметны. В 2004 году они поддержали борьбу за честные выборы против массовых фальсификаций (а это ничто иное, как нарушение Девятой заповеди — “не лжесвидетельствуй”). Девять лет спустя церковь снова вступилась за граждан, подвергающихся насилию со стороны властей, поддержала борьбу за право свободных граждан иметь правительство, действующее по закону, общему для всех. Почти как верующие американских колоний 250 лет назад. “В случае, если какая-либо форма правительства становится губительной…, народ имеет право изменить или упразднить ее и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и формах организации власти, которые, как ему представляется, наилучшим образом обеспечат людям безопасность и счастье”. (Декларация независимости США).

СОВЕТСКОЕ НАСЛЕДИЕ В ЦЕРКВИ

Сектантство

Однако, даже такой факт, что в сложный переходный период и в условиях российской агрессии Украиной достойно руководил баптистский проповедник Александр Турчинов, еще не значит, что евангельские общины, единодушно исповедуют библейский подход к проблемам общества. Советское наследие проявляется в сильных сектантских настроениях, сводящих полноту Евангелия Христова только к узкой теме личного духовного спасения и самоусовершенствования. В такой трактовке, слова Христа из Ев. от Матфея 28:18 звучат примерно так: “Дана Мне всякая власть на небе и немножечко власти на земле. Идите по всему миру (куда вам разрешают) и проповедуйте ту часть Евангелия, которая относится к личному спасению души. Во всем остальном — полагайтесь на мирское начальство. В том, что касается управления страной, экономики, образования ваших детей, заботы о нуждающихся, оно знает лучше, чем Я”.

Преувеличенная роль государства в глазах верующих

Советский режим выпятил роль государства, уничтожив независимые формы самоорганизации общества. Государство занималось в СССР всем, контролировало жизнь человека от колыбели до могилы, так что советские люди, в том числе христиане, привыкли настолько сильно зависеть от государства, что незаметно оно подменило собой Бога и упование на Него. Однако у всеобъемлющей государственной заботы есть побочный эффект: чем ее больше, тем меньше у человека личной свободы, в том числе свободы совести, духовной свободы.

При избрании правительства и наделении его полномочиями, всегда происходит обмен: граждане-индивидуумы жертвуют частью своего суверенитета и получают в ответ определенные блага от правительства, в первую очередь безопасность и порядок. Мудрость заключается в том, чтобы найти разумный баланс между свободой граждан и властью государства. Безопасность и процветание невозможно достичь без государственных структур; но если государство начинает контролировать слишком многое, это приводит к пассивности граждан, падению морали (нельзя быть нравственным по указу президента), и в итоге понижению уровня безопасности и жизни в целом. Поиск нужного баланса — сложный политический процесс, в котором нет простых решений, но именно церковь, располагая сокровищем библейской мудрости способна помочь обществу найти этот разумный баланс.

Видеоурок — смотреть

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *